Переговоры вокруг ядерной программы Ирана вновь оказались в центре международной политики. На этот раз основное внимание уделяется возможным договоренностям между Тегераном, Вашингтоном и Москвой. Вопрос непростой: речь идет о запасах обогащенного урана, санкциях и региональной безопасности.
Министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи подтвердил, что провел предварительные консультации с Москвой по поводу возможности передачи запасов обогащенного урана Ирана России. Об этом 15 мая сообщил телеканал Al Jazeera.
По словам Арагчи, Иран положительно оценивает готовность России к сотрудничеству в этом процессе. Однако окончательного решения по данному вопросу пока не принято. Он подчеркнул, что все будет зависеть от следующего этапа переговоров с США по ядерной программе.
«Когда мы дойдем до этого этапа, мы, конечно, проведем дополнительные консультации с Россией и посмотрим, сможет ли помочь предложение России или нет», — заявил глава МИД Ирана.
В то же время Арагчи подчеркнул, что на данный момент нет четкой и окончательной договоренности о передаче урана России. То есть Тегеран не отвергает этот вариант полностью, но и не принял его как практическое решение.
Ранее президент России Владимир Путин 9 мая заявил, что Москва готова принять иранский уран. Это предложение не случайно, так как Россия участвовала в аналогичном механизме в рамках ядерной сделки 2015 года.
Такая схема могла бы дать западным странам возможность контролировать ядерную программу Ирана. Для Тегерана же это может стать инструментом смягчения санкционного давления и расширения пространства для маневра в дипломатических переговорах.
Однако внутри Ирана отношение к этому вопросу неоднозначное. Агентство Tasnim, близкое к Корпусу стражей исламской революции, опровергло сообщения западной прессы о том, что «Иран дал принципиальное согласие на передачу урана за границу».
Это опровержение показывает, насколько деликатным является вопрос ядерной программы во внутриполитической среде Тегерана. Ведь для Ирана обогащение урана рассматривается не только как технический или экономический вопрос, но и как символ национального суверенитета и политического влияния.
Ранее The Wall Street Journal со ссылкой на свои источники сообщала, что если переговоры с США закончатся безрезультатно, Иран может быть готов передать часть урана третьей стране с условием его последующего возврата.
По имеющимся данным, Вашингтон направил Тегерану комплексное предложение из 14 пунктов. В нем содержится требование к Ирану полностью отказаться от создания ядерного оружия, остановить обогащение урана на 12 лет и передать около 440 килограммов урана, обогащенного до 60 процентов.
Эти требования непросты, так как они затрагивают важнейшую часть ядерной программы Ирана. В то же время США заявили о готовности взамен поэтапно отменять санкции и разблокировать замороженные иранские активы.
Но переговоры пока идут не гладко. Президент США Дональд Трамп охарактеризовал реакцию Ирана на эти условия как «совершенно неприемлемую». Это означает, что доверие между сторонами все еще очень слабое.
В нынешней ситуации роль России становится важнее. Москва, с одной стороны, имеет стратегическое партнерство с Ираном, а с другой — может выступить в качестве технического гаранта вокруг ядерной сделки. Это делает Россию еще одним влиятельным игроком в переговорном процессе.
Иран же стоит перед сложным выбором. С одной стороны — санкции, экономическое давление и угроза международной изоляции. С другой — отступление от ядерной программы может вызвать внутреннюю политическую критику.
Поэтому Тегеран пока ведет себя осторожно. Он готов продолжать консультации с Москвой, но не берет на себя открытых обязательств по передаче урана. В дипломатии это можно назвать «не закрывать дверь, но и не отдавать ключ».
На следующем этапе переговоры между США и Ираном будут иметь решающее значение. Если стороны приблизятся к соглашению, вариант хранения или контроля урана через Россию может снова выйти на повестку дня. Если переговоры провалятся, регион столкнется с новой волной напряженности.
Пока же судьба ядерной сделки решается за закрытыми дверями в нескольких столицах. В этой игре каждое слово, каждое условие и каждый жест имеют большой политический вес. В общем, дипломатия здесь похожа на шахматы: если сдвинется даже пешка, содрогнется вся доска.
Читайте «Zamin» в Telegram!
